Монолог Сергея Рассадина, доктора исторических наук, начальника Государственной геральдической службы Государственного комитета по архивам и делопроизводству Республики Беларусь о проблеме очень творческой, для наших читателей почти неизвестной.
Справочники и словари объясняют термин «геральдика» как составление, толкование и изучение гербов. Это историческая дисциплина, которая изучает гербы как специфические исторические источники. (Запомним последнюю фразу. У Сергея Евгеньевича Рассадина к её авторам есть серьёзные претензии. А вообще герб (что в переводе с немецкого означает «наследие») — это различительный знак государства, города, сословия, рода, который выражается на флагах, монетах, печатях.
Ода геральдика от Рассадина
— Геральдика — как практическое занятие, а потом уже и как наука родилась в раннем средневековье.
Представьте тогдашние рыцарские турниры. Рыцарь закован в железо от макушки до пяток. И для опознавания (чтобы потом переживать за него) требовался некий опознавательный знак или символ. И он появится на щите рыцаря в виде геральдической эмблемы. Позже с претензией на те же права и привилегии, которые имели феодалы и сеньоры, гербами начали обзаводиться и города.
Ну а непосредственно сам герольд был сначала глашатаем, вестником при дворе королей и крупных феодалов, распорядителем на торжествах и рыцарских турнирах. «Благородный сеньор такого-то герба вызывает на поединок…» И изящно, и величественно! А ещё герольды проводили составление родословных. Чем не научные сотрудники в современном понимании!
Герб государства особенно важен. Ведь он символ гражданского единения, в первую очередь граждан государства, а потом и отдельного городского сообщества. Знак её прав и свобод. Это то, что в идеале объединяет людей, независимо от их политических, имущественных, религиозных и иных различий. Настоящим герб будет только тогда, когда ценится всеми. Именно по этой причине, в частности, белорусы на своём референдуме не приняли прежний герб «Погоня», который устраивал только часть нашего общества. То же касается и других символов — флага, гимна.
В принципе, геральдика — чрезвычайно благородное искусство. Оно родилось в эпоху рыцарских турниров и крестовых походов, борьбы отдельных городов за свои права. А ещё это искусство аллегории символов, то есть иносказания, при котором прямой смысл изображения не утрачивается, но зато дополняется возможность его переносного истолкования. И поэтому геральдика, символика, эмблематика — это часть нашей жизни.
Слава Богу: от прежнего понимания геральдики (как вспомогательной исторической научной дисциплины) мы уже отказались. Сейчас она отнесена к одному из специфических исторических направлений. Я, например, согласен с формулировкой российского учёного петровских времен князя Щербатова, который разделил науки на «философские», «практические» и «щеголеватые». А геральдика — это не только наука, не только исследование. В этом случае я считаю, что и административная, и политическая.
Рождение и становление современной национальной геральдики
— В Беларуси геральдические традиции получили развитие в начале XIV века. Многие города обзаводились собственными гербами после получения Магдебургского права. Герб служил словно подтверждением права города на самоуправление. Городам вместе с этим правом даровался и герб, который вырезали потом на городской печати. Кто гербы придумывал? Тайна эта сокрыта в глубине веков. Скажем, в документах периода Великого Княжества Литовского нет ссылок на такой специфический институт, как королевская или великокняжеская геральдика.
А вообще геральдика — исторический источник. Судя по всему, гербы были дорогие нашим предкам, и мастера выполняли их очень тщательно, с фантазией и любовью. Поэтому гербы и стали неподвластными времени. Некоторые из них существуют вот уже тысячу лет появления.
Я считаю гербы городов Беларуси материальными памятниками нашей национальной истории и культуры. Они — свидетели нашего развития, исторических катаклизмов неожиданных поворотов истории. И поэтому у меня одинаково уважительное отношение и к гербам, возникшим в эпоху Великого Княжества Литовского, и к тем, что появились в период правления Российской империи.
Я против удаления из истории белорусской геральдики «российского периода». Да, гербы даровались нашим городам императорскими указами. Так, их разрабатывала Петербургская императорская Геральдическая контора. Не всегда, правда, попадания были точно «в десятку». Но всё равно: это уже часть нашей истории, часть нашей культуры. В архитектуре, например, кто-то предпочитает барокко, но не ценит классицизм. Однако из этого вовсе не следует что все памятники в стиле классицизма должны быть разрушены и снесены. Другое дело — мы должны избавляться от псевдогербов, возникших в период строительства «светлого будущего»: тогда на гербах «выбивали» всякие колбочки, шестерни, шайбы и даже… тракторы. Китч — это и есть китч.
Только национальная и городская геральдика Беларуси, по-видимому, начинает отсчёт своей истории с момента обретения нашей страной независимости, а если точнее — от решения государственных органов о создании государственной геральдической службы, принятого в 1992 году. Но всё-таки 22 февраля 1994 года Совет министров издал постановление «О гербовом матрикуле Республики Беларусь», и в стране началась разработка и регистрация городских и территориальных гербов. Для подобной работы требовались квалифицированные специалисты. Раньше этой интересной и актуальной проблемой у нас в Беларуси всерьёз никто не занимался.
Однако кто же непосредственно «изобретает» белорусские гербы? На первый взгляд, герб — картинка, изображенная на официальном бланке либо визитке какого-то учреждения. Но имеется в виду, что герб — это рыцарский металлический щит, покрытый эмалью с наложенной поверх неё золотой или серебряной эмблемой.
Но это в теории. А на практике часто получается, что герб может быть придуман любым дилетантом при условии, что «творец» умеет хоть немного водить пером по бумаге. Правда, законы, правила и традиции геральдики достаточно жёсткие — ведь, повторю, это целая наука, прошедшая проверку временем.
Государственная геральдическая служба Беларуси — центральный орган, задача которого — совершенствование национальной геральдики в самых разных областях.
Например, какой-то город или район обращается к нам с просьбой помочь в разработке местного герба. Естественно, у нас есть своя исследовательская и практическая база, отработанные программы, начинается тщательный отбор информации — исторической и современной. Учитываются все особенности, характерные только этой местности исторические нюансы. И природные тоже. Короче, начинается процесс коллективного творчества: исследовательская работа в архивах, библиотеках, консультации с художниками. Когда работа закончена и прошла множество экспертиз, окончательный вариант «новорождённого герба» выглядит компактно, лаконично и… красиво. Это результат титанического труда, от которого получаешь истинное удовольствие.
Нам досконально известны старинные документы некоторых городов, касающиеся в том числе их символов. Эти архивные залежи насчитывают тысячи страниц. Кроме всего прочего накопленные материалы, бывает, отражают даже историю разработки и утверждения гербов того времени. Иной раз мы находили по несколько десятков вариантов, просмотренных ранее или отвергнутых по каким-то причинам. Ну а в итоге после длительных изысканий и собственных поисков выходим на конкретный оптимальный вариант. Внимательно познакомившись с проектом нового герба, заказчик обычно остаётся доволен его краткой, но красноречивой символикой. А посторонний зритель проникается симпатией к городу с его древней историей и к горожанам, любящим свой город.
Без герба неуютно
— Убеждён, что в перспективе каждая область, город, городской посёлок даже район Беларуси должны обзавестись собственным гербом и флагом. Это моя профессиональная мечта. Кстати, свои флаги (как это принято во многих европейских странах) наши города никогда не имели. Такая идея выкристаллизовывалась именно в Государственной геральдической службе, после того как мы тщательно изучили традиции не только европейских стран.
За первые четыре года работы нашей службы было зарегистрировано всего семь гербов. Сейчас мы набрали достаточно солидные «обороты», местное руководство в городах и районах всё чаще выражает пожелание иметь свой герб.
К примеру, Заславль — один из древнейших городов Беларуси с богатейшей и славной историей — никогда, оказывается, не имел собственного герба! Теперь символом Заславля является золотой знак князя Изяслава Владимировича на красном поле. Он выполнен на основании протогеральдического символа на личной печати Изяслава.
Исследуя прошлое, иногда спотыкаясь о его подводные рифы, мы отыскиваем печати, которые потом могут послужить основой для современного герба. Нечто подобное произошло и с гербом для Марьиной Горки. Перебрали несколько вариантов, и в конце концов нашли искомый; с изображением Святой Девы Марии. Решение приняли скорее интуитивно, но позже, познакомившись с легендами, поняли, что попали в самую точку. Рассказывают, что якобы перед Отечественной войной 1812 года перед пастухом появился призрак — женщина с ребёнком на руках, которая предупредила о начале будущей кровопролитной войны. Потом исчезла, оставив кровавый след. А позже французские, правильнее — вестфальские, солдаты армии Наполеона Бонапарта по-варварски разрушили здесь часовню Девы Марии, за что были подвергнуты чудовищному наказанию — все до одного ослепли.
После утверждения нового герба общественностью и официальными лицами Марьиной Горки все были уверены, что подобный герб когда-то уже существовал. Во время его торжественного представления на городском празднике с участием «герольдов» и «рыцарей» один солдат-ветеран с поблёкшей от времени медалью «За отвагу» сказал: «Спасибо Вам за такой герб! Хватит «лепить» одни «звёзды» с серпами и молотами»…
А вообще в нашем творчестве имеют место и какие-то мистические моменты, в которых, верь не верь, невольно проглядывается знак Бога. Возьмём, например, герб Минск, один из самых ранних в Беларуси. Он датируется концом XVI века. На нём также изображена Божья Матерь. А недавно утвердили герб города Молодечно — тоже с образом Богородицы. То же самое произошло, как уже говорилось и с гербом Марьиной Горки. И представьте себя: эти города — Молодечно, Минск, Марьина Горка — находятся на одной линии. Образовалось будто вот, что проходит через центр Беларуси с северо-запада на юго-восток. Возможно, в этом и есть какой-то Божий знак или благословение? Некоторые события нам кажутся сегодня случайными. Но можно предположить, что они давно предрешены на небесах и только проявляются в нашем мире как некая закономерность. А мы — лишь оружие в руках сил небесных. Вы спросите — верю ли я? Кто не верит в Бога? Но у меня с Господом, так сказать, свои взаимоотношения.
Однако вернёмся к теме нашего разговора. Недавно второе рождение (и тоже при нашей помощи) приобрёл и современный герб Крупок. На сегодняшний день он, наверное, один из наиболее удачных в геральдике Минщины. Представьте: на голубом поле в центре волнистый серебряный пояс — река Крупка. Над ним серебряное колесо водяной мельницы, той самой мельницы, что в XVII-XIX веках был символом города, славившегося производством муки-крупчатки. А в нижнем углу щита — декоративный серебряный стебель травки Крупки с золотыми цветами.
Интересные, оригинальные и новые гербы Клецка, Радошкович, Воложина, Ельска и других населённых пунктов Беларуси. Мы придерживаемся законов геральдики, осторожно привнося в историю современные мотивы. А нас иногда подталкивают к показу «богатств окружающей среды». Требуют, например, чтобы на гербах изобразились лес, речка или даже… свиноферма. Но практически любой город или посёлок находится в подобном экологическом окружении с подобным «производственным потенциалом». И мы стараемся ни в чём не допускать компромисса за счёт нарушения законов классической геральдики.
Случались, однако, и курьёзы. Например, в Светлогорске (молодом городе с 40-летней историей) на гербе обнаружено и совсем что-то нелепое: так называемый Прометей с зажжённым факелом. Скоро в сознании жителей этот неуклюжий мужик трансформировался в образ… наркомана «на игле». Было несколько проектов замены, пока не родилась простая и красивая идея. Теперь официальный герб города Светлогорска — золотое солнце на красном фоне.
Были и другие забавные ситуации. Помню, один почтенный ветеран-энтузиаст требовал объявить аиста «птицей-патриотом». Пришлось в шутку отбиваться: какой же он патриот, когда каждый год летает «за бугор»? Может, лучше взять… дятла — сидит себе безвылазно в родном лесу, постукивает. А ещё чрезвычайно эмоциональный звонок из Гомеля: человек искренне огорчался — на гербе города «золотая рысь» слишком уж толстая, будто беременная. Пришлось успокаивать: мол, рысь когда-нибудь горожанам ещё и котят родит.
Но это — факты из ряда юмористических. У нас есть явные недоброжелатели. Сначала радикальные националисты обвиняли службу во всех смертных грехах (один из которых — оскорбление исторических традиций белорусского народа). Причём анонимы не гнушались даже угрожать физической расправой. Сейчас угрозы пошли с другой стороны. С радикальными националистами мы уже разобрались. Но меня и всю геральдическую службу начали обвинять в преклонении перед… Польшей и католицизмом, забывая, что не было у нас в XIV-XVIII веках других королей, кроме католиков. А историю переписывать — себе дороже. Тем более, что в настоящий момент мы начали решительно отказываться от псевдогеральдики.
Необходимое послесловие
Замыслы у Сергея Рассадина и его немногочисленной «команды» масштабные. Но, судя по их энтузиазму, они достаточно реальны. В конце 80-х — начале 90-х годов прошлого века остро назрела проблема белорусской национальной символики: некоторые нелепые гербы изжили себя и должны были уступить место новым. Поэтому и не могло не появиться специальное подразделение для проведения государственной политики в этой важной (и престижной) области. Потому что извечно считается, что национальная символика — это средство воздействия на сознание людей путем действительного, а не мнимого (квасного…) патриотизма.
В своё время геральдическая служба возникла на правах отдела в Государственном комитете по архивам и делопроизводству. Её статус до сих пор остаётся прежним, но благодаря активной творческой деятельности она давно «переросла» свои первоначальные задачи. Люди несведущие полагают, что изготовлением гербов занимаются десятки людей, а на самом деле в штате этой службы всего четыре сотрудника.
Стоит, наверное, внимательнее присмотреться к российскому опыту. Вначале тамошняя геральдика также была «встроена» в архивную службу, но вскоре президентским указом была учреждена Государственная геральдия РФ во главе с государственным герольдмейстером. Белорусские же специалисты «затормозили» на полпути, хотя геральдика представляет собой отдельное, самостоятельное направление в науке вообще и в истории в частности. Так считали ещё в раннем средневековье, когда уже была должность герольда.
Свою главную задачу Сергей Рассадин и его коллеги видят в том, чтобы поднять национальную геральдику на уровень мировых стандартов. Чтобы соседи нам в этом деле завидовали, а не мы им.
Что же касается флагов, которые упоминалось в заметке, то это тема для отдельной речи. К ней, надеемся, мы ещё вернёмся.
Записал Олег Лысаконь, фото Александра Лободы
Журнал «Беларусь», №7, 2001
© Флегентов А.Г., перевод на русский язык, 2026