Нахождение Беларуси в центре Европы, пересечение основных торговых путей, которые вели с Запада на Восток и с Юга на Север, предопределили и обеспечили прекрасные возможности для обмена не только материальными, но и духовными ценностями.
В Европе в период возникновения и развития геральдики основной была религиозная идеология. Общий для трёх религий — христианства, иудаизма и мусульманства — Ветхий Завет и Новый Завет для разных направлений христианства были символовой базой и источником, откуда брались геральдические и иконографические сюжеты представителями этих конфессий.
Доминирующей для Беларуси является символика христианских исповеданий. Из них со значительной степенью условности можно выделить римско-европейскую и греко-ориентальную группы, в которых при более мелком делении выделяются католическое, протестантское, православное и промежуточное — униатское направления.
Табл. 1
Целиком понятно, что наиболее яркими геральдическими признаками выделяется первая группа. Это объясняется тем, что она в большей степени подвергалась воздействию носителей «живой» геральдики, к представителям греко-ориентальной группы они доходили в более ослабленном виде. На границе XVI и XVII веков с победой контрреформации на территории Беларуси (ВкЛ), а также с активизацией общеевропейских контактов и связей происходило значительное расширение геральдических влияний на церковную эмблематику. Обратным результатом победы контрреформаторов стало постепенное уменьшение количества верующих неримской конфессии, что объективно сужало базу носителей геральдической протестантской и православной традиций в целом. Происходило и определённое снижение геральдического и художественного уровня эмблематических изображений, которые принадлежали носителям этой духовной идеологии и культуры, а также их церквям, братствам и т.д.
Для объективности нужно подчеркнуть ещё раз тот факт, что, поскольку главным источником для всех ответвлений христианской религии является Библия, основные сюжеты, которые отражали символы веры, заимствовались у неё, и в связи с каноничностью Святого Писания, не могли многим отличаться даже в заведениях, которые принадлежали к различным направлениям христианства.
Табл. 2
В некотором отдалении от этого наибогатейшего массива символических изображений стоят иудейская и мусульманская змблематика, которую в некоторой степени, благодаря общему с христианством идеологическому фундаменту можно объединить с вышеназванной.
Рецидивы более древних религиозных языческих напластований можно встретить на сфрагистических, геральдических и других памятниках. Безусловно, одним из наиболее распространённых символов является крест. Сочетание креста с солнцем или месяцем воспринимались в христианстве как символы, которые соответствуют апокалиптическим сведениям о значении полноты спасения. Почти такой же смысл имеет изображение Девы в небе на фоне солнца, под ногами которой месяц и звёздный венок вокруг головы. Вообще, солнце, месяц и звёзды как небесные светила никогда ни в какой религии не воспринимались как символы зла.
Табл. 3
Геральдический облик креста имеет более двух сотен вариантов, при сохранении основного принципа построения. Созданный путём простого пересечения двух линий, помещённый в круг, или без, — он был ещё в дохристианские времена не только для Европы символом солнца, а, значит, и жизни, света, тепла, огня и т.д. Более усложнённая фигура креста (гаммакрест) со сломанными и загнутыми под прямым углом по часовой стрелке концами — свастика, а наоборот — саувастика.
В переводе с языка древних арийцев — санскрита, это слово (su-asti-ka) означает: su — добро, добрый, asti-ka — будет, или хорошо будет. Свастика как главный символ огнепоклонников была солярным символом и знаком постоянного воссоздания и отождествляла союз четырёх главных стихий — огня, воды, земли и воздуха. Кроме этого, свастика была символом мужского начала, а перевёрнутая в зеркальном отражении (саувастика) — женского. Этот символ, рождённый в древней Индии, был широко распространён в Китае, Бирме, на Кипре, Этрурии, Греции, Риме, а также в ряде других стран Европы. Но он не был известен на землях, заселённых семитскими народами, не встречается он и в Египте, Вавилоне, Ассирии. Последний факт и подтолкнул Гитлера использовать свастику в качестве эмблемы нацизма (на белом поле черная свастика — не только как символ регенерации, но и как антисемитский знак).
Табл. 4
Свастика не была безвестной конструкцией и в Беларуси. Она довольно часто попадается археологам в качестве клейма на глиняных изделиях, она зафиксирована как на печатях мещан, так и в шляхетском гербе, который называется «Барейка».
Другой общеизвестный символ пришёл к нам через посредничество Библии из семитских источников — это пятиконечная звезда. В соответствии с преданием, эта звезда была на персте царя Соломона. Но она имеет и более глубокие корни — древние иудеи заимствовали её во времена египетского плена. Иероглиф этого вида в низовьях Нила означает космос, высшее совершенство (в возвышенном смысле), а на бытовом уровне это была высшая оценка, которую рисовали на папирусе учителя своим ученикам за хорошо сделанные упражнения.
Через посредничество Библии этот символ пришёл к нам и отразился в виде шляхетского герба «Пятирог». Последний может представлять как чистую пентаграмму (пятиугольник), так и с украшением в виде геральдической лилии в верхнем углу.
Табл. 5
Таким же путём попал к нам иудейский символ — звезда царя Давида. Этот символ очень характерен для представителей Белорусской синагоги, встречается, правда, очень редко, как библейский символ на некоторых гербах шляхты христианского исповедания и происхождения.
Другой символ — менора (светильник) — очень распространённое изображение в виде семисвечника. Соответственно преданию, менора была сделана во время путешествия евреев в пустыню. Имела вид правильного дерева, из ствола которого выходили шесть веток по три от каждого бока. Сделанная из чеканного золота общим весом около центнера, она имела размер около трёх локтей в высоту. Является символом сотворения света за семь дней, центральная верхушка обозначала святой для всех иудеев день Шабат (субботу). Кроме того, олицетворяет «шесть сторон земли» и семь небес. В христианстве семантическое значение семисвечника заключается в ознаменовании семи таинств православной церкви, соответствует семи духам Божиим, семи печатям тайной книги, семи трубам ангелов, семи чашам Божьего гнева, семи вселенским соборам, семи периодам земной истории человечества, семи цветам радуги и т. д. Короче говоря, соответствуют таинственному числу семь, которое находится в основе многих небесных и земных знаков существования (Табл. 2).
Табл. 6
Целиком понятно, что христианская символика доминирует в конфессиональном геральдическом наследии Беларуси. Она делится на два больших направления: частновладельческую и корпоративно-церковную. К первому принадлежат печати, гербы духовных особ и церковных иерархов, к другому направлению — символы которые использовались духовными учреждениями — церкви, костёлы, соборы, монастыри, братства и т. д.
Первое направление очень тесно объединяется с частной геральдикой и отличается от неё наличием атрибутов, которые свидетельствуют о принадлежности владельца герба к духовному сану. Главными среди них, которые недвусмысленно подчёркивают прющцлежность владельца к духовному сословию, являются такие атрибуты, как митра, клобук, шляпа с кистями (украшениями), посох или пастораль, меч, ключи.
Головные уборы — митры, клобуки, шляпы с кистями, размещались над щитом и, если владелец герба имел благородное происхождение, над короной, что означало главенство духовной власти над светской.
Папская тиара (с начала XIV в.) — увенчанная тремя коронами, на последней яблоко с крестом, по краям две ленты. Епископские шапки — митры, носились архиепископами, епископами, а также старейшими аббатами как отличие сана. Мира сделана в виде лодки, как правило, богато украшена жемчугом и драгоценными камнями.
Табл. 7
Кроме того, в религиозной геральдике уживались и шляпы, украшенные завязками (тесёмками) с кистями, кардинальская шляпа — красного цвета с пятнадцатью кистями, размещёнными в пять рядов, патриаршая — зелёная, с тем же количеством кистей. Епископ тоже имел зеленую шляпу, но с десятью кистями и т. д.
Следует отметить, что в отношении к униатским иерархам Беларуси это правило, вероятно, не всегда выполнялось. Так, на гербе греко-униатского епископа Язафата Булгака представлено вместо десяти семь, а у епископа пинского и туровского Георгия Булгака вместо шести четыре кисти, хотя в гербе льва Яварского, униатскоrо епископа Владимирской Брестско-литовской иерархии в соответствии с саном фигурирует шесть кистей.
Менее разветвлёнными в силу вышеназванных причин, а также в связи с нехваткой исторических материалов, представляются конфессиональные атрибуты в православной церкви, где на печатях духовных особ встречается митра в виде сферической шапки, украшенной вверху яблоком с крестом. Поскольку униатская церковь сохраняла внешнюю сторону богослужения православной церкви, там употребляется подобный головной убор. Только в конце XVIII — начале XIX века на сфрагистических памятниках униатских иерархов начинают фиксироваться католические шляпы с кистями.
Орденские знаки и, может быть, панагии и дистингтории* располагаются под шитом. Епископский посох (или патириса, пастораль) являются символами пасторства, главенства, руководства, скитания. Посох — как символ духовной власти, данный Богом над верующими, как власть пастуха над своим стадом. В качестве обязательной канонической принадлежности посох упоминается в Западной церкви в V веке, а в Восточных — с VI века. Сначала посох имел форму пастушьей палки с загнутой верхней частью, потом к ней прибавилась Т-образная перекладина вверху. Затем она трансформировалась в обыкновенный крест, в Беларуси такие верхушки появились в XVI веке. Позже употребляются другие модификации — верхушка украшается, кроме креста, двумя головами змей (символ мудрости), направленными одна к другой.
В католической церкви делались спиралевидные верхушки посохов.
Посох пастораль — атрибут не только митрополитов, епископов, но и игуменов, и архимандритов — как знак их власти над монастырской братией: посохи бываЮт двух видов — повседневные и праздничные (Табл. 3).
Посохи на гербах размещаются под щитом и видны только их верхушки. Часто их подают вместе — повседневную и праздничную, или вместо одной из них выступает меч, как символ борьбы за веру, и как символ власти, которая отлучает.
Распространённым атрибутом, особенно в католической церкви, являются два скрещённых ключа, направленные бородками вверх. Этот символ появляется где-то в XIII веке. Золотой ключ — «запрещающий», серебряный — «разрешающий». Ещё один атрибут папской геральдики — это павилон или зонт, который появляется в обиходе в XVI веке. Тарк с гербом размещается на скрещённых ключах и под зонтиком.
В христианской геральдике и сами евангелисты также имеют символическое и смысловое обозначение: св. Матвей — ангел и символ мессианства, св. Марк — лев и сила, св. Лука — телец и жертва, св. Иоанн — орёл и высоты евангелистского учения.
Значительное место в конфессиональной символике занимают изображения ангелов. Само слово в переводе с греческого языка означает — посланец. В более древние времена известны и фигуры крылатых быков (Ассирия), посланец Олимпа — Гермес (Греция). Гор посланец бога Ра, символ последнего — крылатый диск, а также крылатые сфинксы (Древний Египет).
В христианстве — серафимы, херувимы, архангелы и крылатые животные, которые появились в раннем средневековье в Европе, куда они пришли, возможно, под влиянием ассирийского культурного наследия.
В христианском искусстве они появились около IV века до н.э. Серафим — детская: головка с шестью красными крыльями, херувим — с голубыми. Ангел — фигура с двумя крыльями, которая выполняет разные поручения Всевышнего, как правило, показывается натуральными красками в белой одежде.
Старшими по чину помощниками Бога являются архангелы, которых по некоторым сведениям — семь. Среди них четыре персонифицированы и владеют особыми функциями. Они занимаются охраной и связью между Богом и человечеством. Только Михаил (михаэль) и Гавриил (Габриэль) называются по имени в Библии, Рафаил (Рафаэль) и Уриэль — в Апокрифе. О них четырёх говорится, что они поддерживают и охраняют трон Бога.
Атрибуты Михаила — это весы и меч, сам он воспринимается как князь небесных воинов, которые сражаются с силами ада. Он подобие Божие. Гавриил, сила Божия, соответственно с Библией, исполняет функции чрезвычайного посла, но только в особо важных случаях. Его традиционный атрибут — лилия в руке. Рафаил — исцеление Божие, князь ангелов, которые оберегают людей и особенно путешественников, молодых и младенцев. Он, как правило, одет в одежду пилигрима с палочкой и высушенной тыквой, в которой во время переходов под палящим соЛIЩем БШfЖНего Востока сохраняли воду.
Уризль — свет Божий, он показывает людям сияние Божьей мудрости. Его атрибуты свиток и книга. Остальные три архангела поименно не называются в христианской теологии, но в учении иудаизма фигурируют их имена — Рагуэль (террор Божий), Сараквел (превращение Божие), Рамиэл (милость, сочувствие Божие). Некоторые источники называют ещё трёх архангелов — Хамуэль — образ Божий, Ефель — красота Божия и Задкиель — справедливость Божия. Во всех вариантах имён окончание слов — эл, ель — происходит от древнееврейского слова, которое означает Бог.
Особое место занимают гербы капитулов — церковных административных территориальных единиц, которые существовали на территории ВкЛ. Виленская капитула пользовалась лаконичным символом с изображением золотых корон в серебряном поле, а герб Пинской капитулы несомненно возник под непосредственным влиянием православных традиций: именно такое изображение зафиксировано на печатях турово-пинских епископов начала XVI века (Табл. 4, 5, 6).
Что касается эмблематичных изображений, отражённых на церковных печатях, то их можно с определённой степенью условности отнести к настоящим гербам. Как правило, на них даётся иллюстрированное изображение, которое соответствует тому событию или святому, в честь которого построен и освящён храм. Если это церковь св. Ильи, то на её печати изображение одноимённого святого, когда костёл посвящён Св. Апостолам Петру и Павлу, на ней соответствующие сюжеты с их фигурами, или в некоторых случаях их атрибуты — ключ и меч. В том случае, когда место богослужения посвящено событию, которое имело продолжение в конкретном хронологическом пространстве (напр., Преображение сына Божьего, Вознесение Девы Марии, Добровещение), это действие отражается в соответствии с каноном, или очень приближённым к нему. Таким образом, тут наблюдается очень плотное слияние символики с искусством писания икон, и явно наблюдается значительный отход от принципа лаконичности геральдического языка. Это относится как к печатям православным, так и католическим и даже протестантским. Правда, на последних в меньшей степени, поскольку они в соответствии с догматами Учения отвергали традицию создания поклонения иконам. На печатях протестантов очень распространённым является сюжет «рукопожатие», крест, якорь и сердце как символическое соответствие «Веры, Надежды и Любви». Сказанное выше не исключает использование представителями этих конфессий и менее лаконичных сюжетов.
Определённый след мусульманского Востока был оставлен в названиях некоторых чаcтных гербов, которые были в употреблении в Беларуси. Среди них Аксак, Бейбуза, Балабан, Денис, Киркор, Торебез и другие. В переводе с турецкого языка Аксак — хромой. Бей-Буаз — богатый телом. Балабан — сокол. Подобные названия употребляются применительно к одному из видов сокола и в славянских странах, в Турции в переносном смысле — болван; Денис — море, Киркор — дословно означает сорок мужей, воинов (напомним известную сказку Востока про Али-Бабу и его оппонентов), Теребез — место в Малой Азии — Трабезунд, который по-народному называется Теребез.
Выходцы из Крыма и Турции принесли с собой клички и фамилии, но усвоив европейскую привычку пользоваться гербами, оставили им свои имена. Хотя по своей символике и семантике их гербы часто имели общеевропейские культурные или даже христианские мотивы.
Одним из небольших исключений из этого можно считать герб Корсак (название маленькой лисички в Средней Азии), который можно с небольшими оговорками связать с тамгами нагайской или крымской орды. Более очерченные восточные сюжеты отразились в виде специфических сабель «ордынок» с крестовым эфесом и загнутой головкой, широким в начале и загнутым на конце лезвием. Или употребление в качестве символа зульфикара — меча пророка Мухаммеда. Мотив зульфикара очень характерен для народов мусульманского Востока. В соответствии с преданием этот меч был послан Аллaxoм пророку Мухаммеду. Хотя точно неизвестно, как он выглядел, но согласно традиции считается, что он имел двойное лезвие, которое, возле эфеса, было украшено звездой Сулеймана (Соломона). Как правило, изображение зульфикара размещалось горизонтально.
Безусловно, что более любимым мотивом, который был связан с культом, было изображение полумесяца и звезды. Кроме сакральных предметов и военного снаряжения, этот сюжет, дополненный стрелой, использовался в гербе Анкуда.
Таким образом:
1) конфессиональная символика в Беларуси формировалась на Библейском идеологическом фундаменте и христианской сюжетной базе;
2) представителями других конфессий, в силу толерантности белорусского народа, широко использовались свои собственные духовные ценности;
3) среди христианских конфессий более «геральдичными» являются католические и униатские направления, что объясняется более активными связями с Западом и завоеванием ими с конца XVI — середины ХVII вв. доминирующего (особенно унией) положения в обществе.
* Дистинггорий — то же в католичеспе, что панагия в православной церкви.
* * *
Статья написана по материалам доклада, присланного на VI Международную генеалого-геральдическую научную конференцию.
А.К. Титов, к.и.н., Минск
Гербовед. №21, 1997