Рецензия на книгу А. Титова «Пячаткі старажытнай Беларусі: нарысы сфрагістыкі».
Не было, не было книжки — да появилась. А не было книжки про печати. А появилась в 1993 году работа Анатолия Титова «Печати древней Беларуси: очерки сфрагистики».
Как кто, а я люблю, когда книга имеет хорошую обложку, белую бумагу, чёткий шрифт. Издательство «Полымя» сделало для нас чудесный сюрприз: офсетная бумага №1 воспринимается как «нулёвка», гарнитура «Тип Таймс» приятно ласкает глаз. Работа минской фабрики цветной печати также безупречна. Да и автор приложил руку к бешеному спросу на свою книгу — в ней около 400 иллюстраций. Нужно ли было стараться ещё что-то стоящее написать? А уважаемый Анатолий Титов ещё и написал то-сё.
Монография охватывает период с X по XVIII века. Автор разделил этот большой отрезок времени на древний период (X-XIII вв.), великокняжеский (конец XIII-XVII вв.), период поздней Речи Посполитой (XVIII в.) и период Российской империи (последняя четверть XVIII в. — 1917 г.). Вот и начальное замечание — эффектное название не совсем верно передаёт содержание: прежде всего 1917 год трудно отнести к древности, да и великокняжеский период XIV-XVII веков совсем не древний. Тем более, согласно периодизации самого автора, древний период занимает лишь X—XIII века. Может в этом объяснение того, что обзор законодательства автор делает только в пределах XIV-XVIII веков, а ведь было ещё законодательство Российской империи, которое касалось сфрагистики. XIX-XX века, разумеется, на никакую древность «не тянут». Кстати, и законодательство Беларуси — это законодательство всего Великого Княжества Литовского. Как на мой вкус, так я бы и хронологию другую сделал… но большое дело сбора белорусских печатей выполнил Анатолий Титов. Он сам отмечает, что основное внимание обратил на великокняжеский период. Этот термин, в отличие от расширенного «царский», означает прежде всего не форму правления, а отнесение материала к периоду Великого Княжества Литовского. Невольно вспоминается, что такое разделение довольно упрощено, кажется, каждый школьник вспомнит тут же унию 1569 года, после которой Великое Княжество Литовское являлось частью Речи Посполитой.
В общем, не только слово «древняя» в названии книги подталкивает к спору. Само слово «Беларусь» вынуждает задуматься. Действительно, когда идёт речь об этнографии Беларуси (читай — белорусов), то всё понятно, но когда говорят о печатях, которые были в употреблении в пределах современной Беларуси во времена Великого Княжества Литовского или в те времена, когда княжество стало частью Речи Посполитой обоих народов и применение печатей регламентировалось общими правовыми нормами, общими документами, то, кажется, о печатях Беларуси можно говорить только с учётом того, что она была частью государственных объединений. Кроме того структурной единицы «Беларусь» в большом Княжестве Литовском не было, оно состояло из воеводств. Но так сложилось, что по традиции говорят об истории Беларуси, нумизматике Беларуси и так далее, а сейчас, в русле традиции, и о сфрагистике Беларуси.
Любой материал требует при классификации применения одного критерия. Из содержания (имеется в виду формальное содержание в конце книги) можно понять, что произведено разделение на белорусские печати X-XVIII веков, печати канцелярии Великого Княжества Литовского XIV—XVIII веков, городские печати XVI-XVIII веков (так звучат названия соответствующих частей монографии) поскольку хронологически печати канцелярии и городские печати укладываются в период X—XVIII веков, который «закреплён» за белорусскими печатями, то можно было ожидать, что рассмотрение городских и канцелярских печатей будет вестись в соответствующих хронологических подразделах раздела «белорусские печати» или эта часть будет называться как-то иначе, например, «частные печати».
А теперь об объёме монографии. Книга в 240 страниц имеет приблизительно 50 страниц аналитического текста. Наиболее подробно автор анализирует городские печати. Это понятно — Анатолию Титову принадлежит книга «Городская геральдика Беларуси», которая также пользовалась большим успехом. Поэтому материал для него хорошо знаком, и он использовал возможность обобщить то, о чём писал ранее. Надо отметить, справился с этой задачей отлично.
Автор, например, сообщает, что средний диаметр круглой печати второй половины XVI века составлял 33,7 мм, в первой половине XVII века — 33,9 мм, во второй половине XVII века — 38,5 мм, в XVIII веке — 39,6 мм и отмечает тенденцию к увеличению диаметра печати. Конечно, хотелось бы, чтобы он доказал, что между диаметрами печатей второй половины XVI века и первой половины XVII века действительно существует статистически значимая разница, так как я пока что вижу две группы материальных объектов — печати в 34 мм и печати в 39 мм (вторая половина XVI века — первая половина XVII века и вторая половина XVII века — XVIII века соответственно). Или то, что из воска делались во второй половине XVII века 82% печатей, а в конце XVIII века — только 32%, или то, что в XVI веке вообще не было овальных печатей. В XVII веке их количество составило около 30%, а в XVIII веке приближается к 60%. Вот как по исследованиям автора выглядела языковая статистика: в XVI веке белорусскоязычных (вместе с белорусско-польскими) и латиноязычных печатей было пополам, а польскоязычных не было вообще, а в XVII веке белорусскоязычные исчезли, доминировали латиноязычные (2/3), появились польскоязычные печати (1/3), в XVIII веке польскоязычных и латиноязычных стало поровну. А принадлежность печати к городу или органам управления (магистрата, рады, скамьи) согласно содержанию легенды остается одинаковой в XVI-XVIII веках — приблизительно 2/3 городских и 1/3 органов управления. Автор даже анализирует, где обычно стоит дата на датированных печатях — в конце легенды, в середине или в начале её или в поле печати. Было интересно узнать, что в XVI-XVII веках более свойственной для городских канцелярий была зелёная, потом красная окраска цветных восковых печатей, бурые печати встречаются только в XVI веке, натуральный воск применялся только к концу XVII века. По подсчётам автора, печати с изображениями в XVI веке составляли 40%, в XVI веке — 31%, в XVIII веке — 53% (опять же невтерпёж узнать, существенна ли статистическая разница между этими цифрами?).
Ну и немного про картинки и фотоснимки. Главный их источник — Центральный Государственный исторический архив Беларуси, точнее — известный фонд 694. В фонде под этим номером хранятся дела, которые связаны с деятельностью Радзивиллов, поэтому он известен ещё как Фонд князей Радзивиллов. Хронологически это документы XVI-XVIII веков — «Образцы печатей великокняжеского периода» (36 рисунков) и «Собрание белорусских печатей XVI—XVI11 вв.» (301 рисунок), которые якобы самые по себе — это главное, что есть в книге. Раньше это назвали бы «сфрагистический альбом» и издали бы отдельно. По сути, мы имеем сфрагистический альбом Фонда князей Радзивиллов. Это правда. Но я помню то время, когда книга Анатолия Титова сдавалась в печать: это она только вышла в 1993 году, а сдавалась во времена ЦК КПБ, соответствующий отдел которого занимался делами культуры. Представьте — в те времена книга с названием «Сфрагистический альбом Радзивиллов». Погладили бы по головке наших дядей из ЦК и самого Анатолия Титова? Но дело сделано, и мы имеем отличный источник по сфрагистике и геральдике Великого Княжества Литовского, если хотите, белорусских земель Великого Княжества Литовского. Проделана огромная работа, которая требовала большой точности и много времени, чтобы сделать сотни изображений. Такого у нас ещё не было (если не считать довольно большой статьи самого Анатолия Титова в «Искусстве Беларуси»). Единственное замечание — увеличение сделано в разных масштабах, поэтому трудно визуально сравнивать печати, этому не помогает и обозначенный возле изображений диаметр. Уверен, что лишь несколько из трёх тысяч читателей (такой тираж монографии) возьмут линейку, калькулятор и отметят неодинаковость масштабов. Хорошо бы сделать следующий шаг — издать цветной фотоальбом печатей Фонда Радзивиллов и рядом с фотографиями сделать прорисовки. И красиво было бы, и научно, и спрос был бы. Что-то вроде «Белорусского кафеля» В. Соболя, М. Ткачёва, А. Трусова и В. Угриновича могло бы получиться. Но будет ли так? На четвёртой странице стоит значок «копирайт» Анатолия Титова и тут же дописано: «фотографии и рисунки автора, репродукция запрещена». Соответственно, думаю, и в архиве сейчас запросят деньги за право сделать фотоснимки с оригиналов, потом фотограф потребует оплаты за свой дефицитный «кодак», ведь фабрика цветной печати с другой лентой не захочет работать, вот и конец всему проекту. А может, те, кто заработал деньги на предыдущей монографии Анатолия Титова, сумеют помочь (не зря сейчас написано «репродукция запрещена» — помните пакеты, чашки, конверты, значки с картинками из «Городской геральдики»)?
О чём ещё не написал? О древнем периоде? Понятно, что две страницы только для того, чтобы замкнуть хронологически тему. Про «Инвентарь печатей» 34 белорусских городов? Всё и так понятно — сделано отлично. Не прицепился к «динариям с кировским надписям» — так это к редактору или корректору — не мог Анатолий Титов так изуродовать слово.
В общем, надо бросать писать рецензии. Что-то не получается…
Иван Синчук
Журнал «Спадчына», 1994, №6
© Флегентов А.Г., перевод на русский язык, 2026